Павильоны и подземные станции метро вошли важным архитектурным элементом в облик наших городов. В период "стиля украшательства и излишеств" можно не раз было слышать, что, строя метро, мы должны создавать подземные дворцы. Статуи, грандиозные мозаичные панно, лепнина, огромные бронзовые люстры, как и повышенные размеры станций и павильонов метро, характерны для того времени. Сколько государственных, народных средств ушло на эти бесполезные украшения!

Создать красивое, изящное сооружение вовсе не значит расписать его фресками, покрыть мозаиками, прилепить орнаменты и другие декоративные архитектурные детали. В архитектуре нашего метро - в Москве и Ленинграде - есть ряд станций, где подлинное искусство архитектуры выражено самыми простыми средствами и приемами. Остановимся на станции московского метро "Ленинский проспект", построенной в 1962 году.

Небольшой надземный павильон встречает нас за площадью Калужской заставы. Формы его чрезвычайно просты. Боковые стены и двери из сплошного стекла сразу же говорят нам о его общественном характере. Однако идти по линии превращения небольшого павильона в стеклянную "коробку" было бы неразумным. Поэтому архитектор уделил большое внимание входной части. Здесь немного выше уровня роста человека в стену вкомпонована надпись, говорящая о назначении здания. Она оттенена козырьком входа и выхода, чад которыми видна завершающая здание бетонная решетка-аттик, хорошо скомпонованная из отдельных то горизонтально, то вертикально расположенных элементов. Традиционная буква "М" - метро - своего рода акцент, подчеркивающий симметрию фасада павильона.

Внутри - небольшой зал эскалаторного спуска. Вместо плоского потолка здесь волнообразное перекрытие, призванное, видимо, оживить слишком сдержанный характер этого столь утилитарного помещения.

Спускаясь к перрону станции, мы обратим внимание на перекрытие эскалаторного спуска. Вместо наклонно вниз идущей "трубы" (спуска) - своего рода гигантские выступы (ступени). Такое перекрытие эскалаторного спуска было здесь применено потому, что сама станция расположена неглубоко под землей, а следовательно, не было смысла делать обычный цилиндрический свод. Вместе с тем эти "ступени" перекрытия оказались как бы лейтмотивом архитектуры станции. Ее сильно вытянутый в длину зал также имеет своеобразное "ступенчатое" перекрытие, опирающееся как на стены, так и на два ряда столбов, расставленных стройной вереницей вдоль перронов.

Внимательно присматриваясь к перекрытию, мы видим, что эти уступы-ступени простым архитектурным приемом оформляют места смыкания плоского перекрытия со стенами и опорами. Вместе с тем сам ритм этих уступов-ступеней вносит в перекрытие определенный элемент искусства, создает тот бег и ритм линий, которые преобразуют технический прием в прием художественный.

Следует присмотреться к столбам-опорам. Нетрудно заметить, что они расширяются кверху. Однако это расширение столбов не препятствует движению по перрону станции, поскольку оно осуществлено лишь в одном направлении - по оси зала. Такое построение столбов создает определенную остроту архитектурного решения, так как с торца они выглядят стройными и тонкими, а с противоположной стороны - широкими. Чтобы сделать зрительно столбы еще более легкими в месте их переходов в свод перекрытия, архитектор помещает пояски-перехваты, что одновременно заставляет с вниманием остановиться на их оригинальном облике. С той же целью - увеличить зрительно легкость облика зала - его стены облицованы керамической плиткой, расположенной не горизонтальными рядами, а в виде ромбообразной "сетки". Такое расположение плиток говорит, что это не кладка, а именно легкая облицовка. Белый цвет перекрытия, светло-серый мрамор облицовки столбов и чуть желтоватый оттенок керамических пли ток находятся в полном соответствии с архитектурным строем всего зала. Выстилка пола зала цветным гранитом (серым и коричневым) и мрамором (желто-коричневатые "коврики" под столбами) оттеняет общий светлый тон станции. Однако нарочито неправильные формы гранитных плит противоречат строгому геометризму архитектуры станции, отдавая дань современной моде.

Мы рассмотрели с вами ряд зданий как глубокой древности, так и созданных совсем недавно. Хочется надеяться, что эта небольшая книжка помогла вам разобраться и понять архитектуру и храма Древнего Египта, и готического собора, и Пашкова дома, и Дворца Съездов. Каждый раз, так или иначе, мы проникали в идейно-образный замысел архитектора, стремившегося осуществить органическое слияние утилитарной стороны своего произведения с художественным воплощением волновавшей его идеи. Для этой цели привлекался и камень, и кирпич, и дерево, и железобетон, и металл, свойства которых, каждый на свой лад, сказывались как в общей композиции здания, так и на его деталях. Не меньшую роль играли конструкции, которые позволяли выполнять в натуре задуманное. Понятно, что развитие знаний - науки в областях, связанных с архитектурой, также отражалось на возведенных зданиях. Так, в Египте мы видели еще полную зависисимость архитектора от материала - камня, в то время как в эпоху готики человек полностью овладел свойствами камня, заставив его подчиниться замыслу архитектора. Также закономерно, что воззрении на мир и природу, свойственные каждой эпохе, находили себе не меньшее отражение в архитектуре. Рассмотрение совокупности различных сторон архитектуры позволяет нам не только понять природу каждого отдельно взятого произведения, но и глубже вникнуть в это большое и сложное искусство.